Они воспринимают условные запреты только после того, как они усваивают физические. Сначала мы понимаем, что нельзя – потому что невозможно, а потом мы понимаем, что нельзя – потому что потому. Первое, что мы понимаем: «это мое». То есть вы говорите ребенку, который пытается утащить с тарелки ваш бутерброд: «Мое. Не дам». Тогда он понимает, что это действительно ваше. Ну и ладно, твое – забери. Что ж разбрасываешь тут бутерброды свои в доступных местах. Никаких возражений нет. А вот уже после этого можно говорить «нельзя, потому что». Потому что хочу. Хочу, чтобы тут стояло.

( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )

Перед тем как приступить к приемам воспитания, мы обязательно должны сказать два слова о специфике воспитания. Специфика – это то, что есть выше нас, мы ничего с этим не можем сделать. Мы можем только этим пользоваться или не пользоваться. Она заключается в том, во-первых, что ребенок не понимает объяснений.
( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )

При обиде они тоже проявляют формы поведения, которые наблюдают в жизни. Есть такая непосредственная обида, когда забились за дверной косяк, и так больно и обидно, и такой ты маленький дурачок, пожалеть бы тебя – и все будет хорошо. И они так и делают – ищут того, кто их пожалеет, отряхиваются, встают, обозначают, что там действительно была такая неприятность, в следующий раз буду обходить.
( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )

Определим понятийные стороны, потому что у нас в основном, в России, в частности, воспитание строится на понятиях «хорошо» и «плохо». Не только в современной – это далеко не 100 лет, и даже не 200. Тяжелые ошибки предков. Религия тоже привнесла свою лепту. Но под христианской религией мы не очень давно находимся: она очень трудно внедрялась, и совсем не так, как все представляют. По-хорошему это у нас делалось где-то уже в XVII веке. Там уже совершенно четко это прослеживалось.

( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )